СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава

Но как от беса, если Богородицу и апостолов призываешь? Как от беса, если доброе дело выходит? Со злым умыслом к комплоту очень изредка прибегают: один-то раз во зло употребить можно, только больше ни единый комплот для тебя никогда не поможет. И читают-то комплоты по божьим денькам, по легким СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава и постным: по вторникам, средам и субботам. Осташа не мог разобраться. И не было рядом бати, чтоб спросить впрямую. А означает, нужно идти туда, где все ответы, — в скиты на Радостных горах. Если там гнездится толк истяжельческий — сплавщицкий, то и ответы там. Хотелось бы, естественно, допытаться: кто и как батю убил СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава, почему Гусевы живые, где казна пугачевская. Может, и получится вызнать. Но главное, чего батя от Осташи желал, — чтоб и Осташа добросовестным сплавщиком стал. Потаенны подождут, даже батина потаенна, так как правда веры в работе сплавщицкой будет поважнее всего остального. Без веры и душу не спасешь, и сухаря не СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава съешь. А без души нет работы сплавщика, так как наука ведет, а вера хранит.

…В Илиме под моросью масса каторжных, за ноги скованных общей цепью, кайлами разламывала висок рыжеватого от лишаев Илимского камня: вырубали плиты для новейшей пристани. Сберегал перед устьем речки Илимки подкопали, и тут уже громоздился новый недостроенный СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава причал — плитняковая стенка со скошенными углами. Пока высотой она была человеку по плечи. Каторжные большой свилеватой балдой трамбовали землю в каменный короб пристани: глухой удар, от которого содрогался сберегал, — и гулкий щелчок далекого отголоска на бойце Тюрике. За стройкой тянулся гребень плотины, весь в пожухлой травке СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава. Повдоль пруда по плотбищам на городах илимские мужчины уже выкладывали плахи-лыжины для днищ огромных барок.

Пока Федька Мильков, суетясь и махая руками, описывал негоцианту Сысолятину, какова вышла ходка, Осташа с другими бурлаками обедал на берегу. Слушая Федьку, Сысолятин качал головой, всплескивал пухлыми ладошками. Он был похож на жабу — небольшой, толстый, лысый СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава, большеротый, говоривший визгливым бабьим голосом. Позже он повелел бурлакам оттянуть межеумок к причалу. До вечера пришлось еще разгружать продукт и таскать его в сысолятинский амбар. Федька стоял в проходе с толстой засаленной тетрадью в руках и пересчитывал тюки. Морда у него была грозная, вид — требовательный и неподкупный: как будто СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава и не он неделю вспять был готов пропить все, что Сысолятин имел. Вечерком негоциант расчел бурлаков, а Федьку и Осташу позвал к для себя.

Деревня расползлась за прудом по взгорью горы Го-ловашки, отгородившись от Чусовой стенкой могучих амбаров. С площади в просветах меж домов был виден СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава далекий изгиб реки под бойцом Тюрик, плоскость длинноватого косого пруда, расчерченная нитками перестяг, недостроенные барки на плаву, заваленное хламом и щепой плотбище на склоне Илимского камня. Черная, влажная, ветхая рогожа неба провисала над Илимом, занавесив закат за Сулёмским плесом. На площади в пожухлом бурьяне стояли лавки, запертая на замок кривая часовенка СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава, пристанская контора с воинским присутствием и сысолятинские хоромы. Были они победнее, чем у Конона в Ревде, но тоже на два яруса и в две связи. Негоциант повел Федьку и Осташу на летнюю половину собственной избы, где в углу светлицы громоздилась горка кованых невьянских сундуков. Купчиха тут уже держала на СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава столе жаркий самовар.

Осташа от заокеанского чая отказался — кто чай пьет, тот отчаивается. Купчиха налила Сысолятину стеклянный стакан в медном подстаканнике и придвинула плетенку со сладкими баранками. Федька сам для себя напузырил стакан, да к тому же разлил по столу, но стремительно стер лужу рукавом.

— С кем СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава, владелец, баранками делишься, с тем на том свете свидишься, — льстиво произнес он.

— Ну, Федюня, — поднося к губам блюдце, нежно произнес Сысолятин, — расскажи про деньги. А ты, Остафий Петрович, гласи, правильно ли. Рупь 20 ты, Федюня, пропил в Ревде — на то уговор был. По два рубля сплавщицких Алфер и Остафий Петрович получили. А СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава где еще рупь 40?

Федька и взаправду дал Ефимье все средства, что полагались Алферу, хоть Алфер и не довел межеумок до Илима. Если судно дошло до подходящей пристани, толика каждого отдельного сплавщика всегда числилась только по то место, докуда сплавщик вел. Довел Алфер до Чегена — и средства, означает, ему СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава только за путь от Ревды до Чегена, рубль 70. Сгиб — не сгиб, это не принципиально. Федька поступил благородно. Правда, с Осташей он рассчитался, как с бурлаком, — отдал рубль, хотя, по обычаю, был должен заплатить еще 30 копеек за работу сплавщика от Чегена до Илима, но Осташа решил не торговаться.

Федька СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава склонился над стаканом, вроде как дул на чай, а сам из-за самовара гневно подмигивал Осташе — дескать, не выдай!..

— Так то с меня в конторе на Старенькой Шайтанке содрали за спрос!.. — выныривая на глаза Сысолятину, соврал Федька, вытаращившись на негоцианта. — Ты, владелец, мне еще три алтына должен — из собственных отдавал!..

— Из СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава собственных, означает… — огорчился Сысолятин.

Федька решительно закивал пушистой головой, подтверждая: да, из кровных, от супруги, от детей малых оторванных.

Сысолятин поставил стакан и, кряхтя, полез из-за стола. Перекрестившись на образ, он пошел повдоль стены, заходя Федьке за спину — как бы, чтобы Федька не увидел, как СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава он средства отсчитывать будет. «Неужель даст, дурачина?» — опешил Осташа. Федька пил чай с видом добросовестного человека, которому незачем оглядываться.

Но Сысолятин — даром, что на бабу походил, — вдруг сгреб Федьку за шиворот и потащил из-за стола. Лицо у Федьки запрыгало от испуга. Федька поперхнулся чаем, но еще успел, цепляясь СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава ногами за лавку, заботливо поставить недопитый стакан на стол. Сысолятин уронил лавку и поволок Федьку к выходу. Ошалев, Федька несуразно хватался за стол и стенки. Сысолятин ногой открыл дверь и отвесил Федьке такового пинка, от какого Федька кубарем покатился по сеням, а на лестнице загромыхал и застучал, как будто упавшая кадушка СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава.

— Увижу на собственном дворе — убью! — кликнул Сысолятин Федьке вдогонку и захлопнул дверь.

Пригладив ладонями волосы и бороду, он сокрушенно поглядел на образ и опять перекрестился.

— Остатка!.. — вдруг донесся с улицы Федькин вопль. — Скажи ему!.. Вкупе ж под Сарафанным гибли!.. Три алтына!..

Сысолятин засопел, подошел к косящатому окошку и дернул СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава за веревку, пропущенную через раму и привязанную снаружи к ставням. Ставни затворились. В светлице разом сделалось сумрачно. Тотчас в ставни замолотило — это Федька в бессильной ярости кидался комьями грязищи. Сысолятин, вздыхая, молчком возвратился к столу, снял с самовара крышку и засунул в трубу, к углям лучину. Позже вытащил СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава огонек и приткнул лучину в светец, а сам сел на прежнее место.

— Пей кровь мою!.. — глухо донеслось с улицы.

— Ну а ты кто будешь, Остафий Петрович? — спросил Сысолятин, опять наливая чай в блюдечко.

— По родителю — Переход, — произнес Осташа.

Он испытующе глядел на негоцианта. Сысолятин не поднял глаз — означает, знал.

— Молвят, батька СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава твой барку убил и цареву казну присвоил…

— Язык не метла, в закут не поставишь.

— Деньги-то свои ты вон Федьке простил. Знать, хватает?

— И ты Федьке пропой простил.

Сысолятин нагнул голову и стал чесать щеку, наконец подняв глаза на Осташу.

— Федька — питух, не вор. Пропитого не СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава жалко. То от нас, порочных, заместо милостыни. А украденного всегда жалко.

— Что ж, я пойду тогда, — зло произнес Осташа, забирая с лавки шапку.

— Не ерепенься, — осадил его Сысолятин. — Если я тебя за вора держал бы, разве ж позвал бы тогда к для себя? Живем посреди людей, судим по человеческому мненью… Ты, означает СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава, от бати навык перенял?

— От кого ж еще? — Осташа пожал плечами. — Батя ни одну барку не убил, даже последнюю, которая за Разбойником затонула. Я ее уже продал на Усть-Койвинский кордон — за полную стоимость, только с вычетом на починку и перегон.

— А на данный момент под Кононом СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава Шелегиным ходишь?

— Под богом, — хмуро ответил Осташа.

— Молодец, — одобрил Сысолятин. — Это отлично… Мне Кононовы подручники в сплавщиках не необходимы — утопят продукт. Конон меня не любит.

— Кого он любит-то? — буркнул Осташа. Сысолятин допил чай и поставил стакан верх дном в блюдце — чтоб бесы в порожнюю посудину не нагадили СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава.

— Пойдешь ко мне заместо Алфера весной на уговор? Осташа ощутил, как белеет. Сердечко тошнотворно торкнулось в гортань.

— А чем я для тебя понравился? — осипло спросил он.

— Голова у тебя устроена по-купечески. За себя говоришь, не обществом. Я народу не верю. Люд Пугачу кланялся. А вот человеку я поверю, если его корысть СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава увижу. Твоя корысть — на виду. Я не о деньге говорю, сам понимаешь.

Осташа кивнул — вышло как-то конвульсивно.

— Весной-то что будет? Полубарок, коломенка? — спросил он, как будто желал оттянуть окончательный ответ, как будто все эти недели и не ожидал, замирая: когда ж его позовут в сплавщики?

— После СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава Ирбита меньше, чем барка, у меня и не бывает. Чай не пряниками вразнос торгую… Но учти: если со мной на вешний сплав подряжаешься — всем остальным отлуп. Уговор дороже средств. По рукам, сплавщик?

— По рукам, — решительно согласился Осташа. — А точно, что у самого-то не отменится чего?

— Если светопреставленья до СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава весны не случится — так ничего не отменится. Слово.

НА Радостные ГОРЫ

Ефимья Гилёва в Илиме встретила собственного сродственника — местного лесовозчика Агафонку Юдина по прозвищу Бубенец. Агафон уболтал Осташу довезти его с Ефимьей на шитике до Сулёма — всего ведь четыре версты. Осташа довез, и пришлось идти к Гилёвым на поминки по СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава Алферу. Идти ему не хотелось, но Бубенец трещал за всех — и за Ефимью, почерневшую от горя, и за Осташу, угрюмо молчавшего о собственной вине. И по словам Агафона, все выходило ясно и внушительно: напал разбойник и убил сплавщика. Чего здесь не осознать? Бывает такое.

Осташа и сам чуток в СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава это не поверил. Но он поднимал глаза на погасшую Ефимью, мертво сидевшую за поминальным столом, и злоба смывала с памяти всю склизь пугливых придумок. Ни при чем здесь разбойники… Это за него Алфера уничтожили. А в чем он повинет?! Не он же Алфе-ра убивал!.. Это Чупря СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава стукнул прикладом. Это мурзинские шатуги спутали, кого нужно привести к Чупре. Это опьяненные бурлаки посадили межеумок на мель. Это сам Алфер предался Конону и стал истяжельцем — за то и поплатился. И Осташа не желал страдать этой виной, хотя и жаль было Алферку.

Вечерком Бубенец выпросил у богатых Гилёвых лошадка с тележкой, чтоб СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава наутро поехать в скиты на Радостные горы, и Осташа сообразил, что все не напрасно, что бог его ведет неисповедимым методом и что ему дорога — туда же.

— Для тебя в скиты почто? — спросил Осташа Бубенца, когда они укладывались спать на сеновале.

— Слух прошел, что явился туда учитель из Выгов СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава-ской киновии, принес полный перечень «Винограда российского» и новые Поморские Ответы, — охотно объяснил Агафон, подгребая сено под голову. — Читать будут, перетолк будет с прениями. Охота слушать умных людей. У нас поморского толка ходоки изредка бывают. А этот к самому Мирону Галанину направляется. В чем либо там Мирон СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава Иванович с Повенцом и Керженцем разошелся.

— Ты, что ли, предводитель какой? Книгоед? Учитель?..

— Рад бы в рай, да грехи не пускают, — хихикнул Агафон. — Я, понимаешь, ученость люблю, знать все люблю. Нужно мне. Из учителей там старец Гермон и старец Павел гласить станут, а от уставщиков — Евстигней Петров с Невьянска и СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава Калистрат Крицын с Ревды. Эти много произнесут полезного, а я послушаю.

«Калистрат?..» — поразмыслил Осташа. Если Калистрат и старец Гермон — точно, означает, в истяжлецах дело… Все на их сводится: и надменность Конона Шелегина, и скорбь Алфера под Нижним Кроликом, и крестики Яшки-Фармазона, который тоже при скитах подвизается… Но дело даже не СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава в том. В пути Осташа все вспоминал слова Конона, вроде впустую произнесенные — да не в пустую, оказывается. «Разве Чусовую заколдуешь?» — кликнул тогда, в Ревде, Осташа. «Все можно», — усмехнулся Конон. И взаправду. Там, перед Сарафанным бойцом…

…Рано днем, еще пока и хозяйка не встала, Осташа и Агафон уже выехали СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава из Сулёма по Старенькой Шайтанской дороге. Осташа дремал, лежа в тележке под рогожей. И шитик, и штуцер, и Яшкину грамоту с родильными крестиками он оставил у Гилёвых, не усомнившись в честности владельцев. Агафон, держа вожжи, бодро шагал по грязищи на обочине и болтал обо всем, что лицезрел СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава. Дорога тянулась по протяжным увалам то через лес, то через перелесья, где-то распаханные, а где-то оставленные на покос. Где были покосы, там уже дымили костры и мерцали в травках светлые рубашки косцов. Мерклое небо было затянуто маленькой дрожью туч, лишь на севере облака набрякли угрюмым сумраком — внизу их обдало СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава, как будто черной водой, темным отсветом Радостных гор. Как-то по-особому ярко в сизой дали на взгорьях зеленели леса, отмытые дождиками.

— А ты, Агафон, чего от сенокоса удрал? Либо для тебя жеребцов подкармливать не нужно? — лениво спросил Осташа.

— Я возчик не из бедных, меня сызмальства домовой СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава лохматой лапой по пузу гладил. Сена накосить я батраков нанял. А сам вот душу потешу умным словом. Моя работа зимой придет.

— А чего для тебя эти перетолки? Разве что усвоишь, когда по книжкам бить начнут?

— Когда усвоишь, когда и нет. Вообщем энтузиазм у меня. Не все ж жеребцу под хвост СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава глядеть. Ты вот сплавом душу правишь, а я беседой учительной.

— Так мне на сплаве все ясно.

— Чего ясно-то? Почему вода бежит, откуда горы взялись, отчего одному человеку фортуна, а другому — неудача? Ничего для тебя не ясно. А ведь все равно ходишь, смотришь, слушаешь.

Осташа недоверчиво покосился вокруг, ошеломленный воззрением СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава Бубенца.

— Все одно не усвою я тебя. Если смысл не по разуму, чего уши топорщить?

— Не знаю чего, — хмыкнул Бубенец. — Нравится мне. Может, понадобится, может, нет. Не принципиально. Сам лад на дело настраивает. Послушаешь, и вроде как все не напрасно, все по-хитрому в мире устроено. Уваженье от СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава этого и к для себя, и к делу собственному… Да ко всему. Я даже бабу свою после перетолка месяц, наверняка, не бью, добросовестное слово.

Осташа и Бубенец дружно посмеялись.

— А башка не напухнет?

Бубенец поднял шапку и погладил себя по плеши, кругло торчащей из волос. Голова его напоминала усатый и СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава бородатый огурец.

— Не напухнет, крепкая. Да сейчас-то чего? На данный момент так, учителя маленькие. Вот когда бы сам Мирон Иванович…

— Слышь, Агафон, а ты видал Мирона-то Галанина?

— И видал, и слыхал, — гордо подтвердил Бубенец.

— А кто он таковой, Мирон этот? С чего ему почет?

— Почет СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава ему с того, что он учитель наш, сборщик толков. А учителем он поэтому стал, что воспреемник самого Аввакума…

— Ему что, господь полтора века отмерил? — не поверил Осташа.

— Ну, уж не впрямую же, естественно, воспреемник… Аввакум еще в Пустозерском срубе завещал дело свое продолжить беглому тюменскому попку Доментиану. Доментиан с Печоры СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава вырвался. На Кондинской заимке на Исети старец Авраамий его постриг в монахи под именованием Даниила. Доментиан Авраамию завет Аввакумов передал. Позже он, Доментиан-то, гарь устроил на речке Березовке, сотки душ в пламенную купель обмакнул и сам сгорел… Авраамий же, Венгерский прозвищем, был инок монастыря на Конде-реке. Там СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава он сдружился с другим учителем — строителем Иванищем Кондинским. Авраамий и в Москву ездил лупить челом о монастырских нуждах, и в Тобольске лаялся за старенькую веру, за что его в Туруханский край сослали. Оттуда возвратился — жил по различным монастырям, заимки ставил. Власти ловили его, да люд скрывал либо отбивал. Авраамий с Иванищем СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава прильнули к бывшему стрельцу Федьке Иноземцеву в Уткинской Слободе. И там смута началась, когда отказались они по никонианскому ритуалу крест на королевство Петру с Иваном целовать. За смутой — снова гарь. Авраамий-то с Иванищем гарей не жаловали, даже к Аввакуму человека посылали, чтоб тот гарь отсрочил, да СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава Аввакум уже сам сгорел. На Уткинской гари боле сотки душ пылало… После нее Иванище с Авраамием и бежали на Ирюм, где на Бахметьевских болотах на островах положили начало собственной пустыни. Иванище там и деньки свои скончал. Авраамий же продолжал учить по старой Палее. Какая-то женка стрелецкая, Ненилка прозвищем, под пыткой СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава указала на Ирюмские болота. Тюменский воевода туда боец послал. Взяли Авраамия, привезли в Тобольск, желали запытать в подвалах, а позже потаенно загрести мертвое тело за городом без погребального напутствия. Авраамию посодействовал монастырский служка, и старец бежал. Возвратился на Ирюм да погиб, завещав похоронить себя на полуострове СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава в болотах, который мы Авраамиевым и зовем. Перед гибелью книжки учительные и завет передал иноку Тарасию. Тарасий же дело продолжил. Когда в 20 втором году правитель Петр повелел присягу приносить царю безымянному, в Таре и в других крепостях со слободами снова мятеж начался. Тарасий от розысков опять на Авраамиевом полуострове скрывался. А СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава потом на соборе благословил вятского беглого попка Семечки Ключа-рева завет нести. Посреди века этого тобольский митрополит Сильвестр свирепо взялся за нашу веру и смог поймать Семечки с сотоварищем его Гаврилой Морокой. Но Семен уже завет Мирону Галанину передал.

— Ну и память у тебя, — восхищенно произнес Осташа, слушавший СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава Агафона очень пристально. Он даже приподнялся в тележке на локте и сдвинул шапку на затылок, чтоб уши не закрывала.

— Ну дак, — гордо хмыкнул Агафон. — Чего проку узнавать, если не держать в голове?

— Ниточка-то длинноватая от Аввакума до Мирона Галанина…

— И что из того? Благодать — не медный пятак СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава, от человека к человеку перебегает и не истирается.

— А Мирон-то сам — кто он? — напомнил Осташа.

— А Мирон Иванович ирюмским крестьянином был. К вере ревность огромную имел, за то и доверил ему завет Семен Ключарев. Мирон на Авраамиевом полуострове написал «Историю про древнее благочестие». Люд к нему на чтения прогуливался. Как СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава царевы нюхачи завертели по Далеким Кармакам, Мирон стал людишек причащать перед новейшей гарью. Но сожечься не успели — бойцы всех похватали чуть не с огневищами в руках. Мирона Иваныча поначалу в Тюмень услали, позже, как положено, в Тобольские казематы. Четыре года он в горе без солнца посиживал. Потом перевели его в СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава Екатеринбург, посадили в заречный тын с колодниками. Потом выслали на смертные работы в Мраморское на гранильную фабрику. Там Мирона Иваныча уже чусовские обитатели подкармливали, оттого он и пристален так к нашей жизни. Пятнадцать лет он на каторге провел; не погиб — дак отпустили. Он на Ирюм и ушел СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава назад, на Авраамиев полуостров.

— А ты-то его где лицезрел?

— В прошедшем году ездил на большой собор в Невьянск. Там злые перетолки были, злые. Вот там и лицезрел. Про себя Мирон Иваныч сам говорил, а про Авраамия читал учительную книжку свою самописную — «Рукопись о старых отцах». Я ее позже СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава выпросил на ночь и списал для себя. Хочешь, дам прочитать?

Реальных книжек Осташа читал всего-то две, и обе под батиным присмотром. Хотелось, естественно, Мироновы сочинения прочитать, но боязно было на себя ответственность брать.

— Настанет время, и попрошу тебя, — согласился Осташа. — Ты только не забудь… А-а, да ты СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава ж у нас все помнишь!

Агафон принципиально кивнул.

— Вся премудрость в книжках, — наставительно увидел он. — Народ-то помнит не дело, а одну только байку о деле. Вот мы с тобой за Большенными Галашками будем горочку малую проезжать… Под ней схоронен Галаня, который деревню-то и основал. К Галане под СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава бок подселились уже Кадниковы, да Кузнецовы, да Баклыковы; их корень и на данный момент тут. Вот этот Галаня смастерил из береста крылья, залез на кедр и сиганул. Ногу сломал, понятно. Пока лежал, Кузнецовы ему избу подпалили: мол, Галаня с чертом связался. Галаня обиделся, ушел на лыжах в Невьянск и СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава с ногой колченогий промерз у того пригорка. Это байка. И по ней не узнаешь головного: с чего Галаня решил летать научиться? Чего ему надо-то было? На облаках хлеб не сеют, не жнут. Вот об этом исключительно в книжках и можно выяснить. А байка что? Тьфу.

— Чего ж СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава здесь непонятного? — опешил Осташа. — Все понятно, для чего крылья человеку…

— Для тебя понятно, а мне, дурачине, нет, — обидчиво произнес Агафон.

Осташа задумался и вздохнул с сожалением:

— Отлично для тебя… Ты вызнал — и поверил. Как мне быть, когда поверил — а выяснить не можешь?

Потаенна БЕЗЗАКОНИЯ

Осташа задумывался, что скит — это что-то СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава дикое и потаенное, вроде берлоги. Но под еловой тушей Поперечной горы он увидел здоровую истоптанную поляну, на которой сбился целый табор. Правда, шума не было. Дымили костры; на наибольшем, около которого толклись бабы в темных платках, в общем котле готовился обед. Кругом стояли тележки, торчали балаганы, два пастуха собирали лошадок в СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава табун, чтоб гнать на выпас у речки Егоровой Каменки.

Перетолк, похоже, уже начался. Агафон торопливо принялся распрягать свою конягу, а Осташа отправился поглядеть на людей. Вдруг мелькнет Яшка Гусев?

— Старец-то Павел в той домушке живет? — спросил Осташа у незнакомого мужчины, мазавшего дегтем ступицу снятого колеса, и добавил СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава на всякий случай: — Бог в помощь…

Мужчина хмуро осмотрел Осташу, покосился на кривую и замшелую избу около наиблежайшей сосны и нехотя ответил:

— Там послушники живут, что при старце, а старец — в келье на склоне. Отсюда не видать.

— Никак ехать собрался? — неудобно улыбаясь, спросил Осташа опять. — А на СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава перетолк-то не пошел?..

— Хочешь, так иди, — буркнул мужчина. — Я сюда проститься приезжал… Для тебя чего нужно, юноша?

Осташа знал, что «попрощаться» — означает поклониться потаенным могилам местных старцев, коих по Радостным горам было до сотки.

— Человека ищу. Яшку Фармазона. Может, слышал про такового?

— Фармазонов у нас не бывает. Это СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава барский толк, не наш.

— То прозвище пустое…

— А ты кто, царицын доглядчик?

— Чего, и спросить нельзя? — обозлился Осташа.

— И без тебя на Чусовой расспросчиков по пятку на каждый омут. Гуляй давай.

Осташе, естественно, хотелось смазать по шапке недоверчивому кержаку, но он развернулся и пошагал по утоптанной тропе наверх.

Поперечная гора сама СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава вползала по отрогу на Белоснежную гору, но на полпути тормознула и осела. Вершина ее была зачищена от леса, который пошел на рудничные нужды. Вход в обвалившийся рудник старец и приспособил под скит. На данный момент перед срубом кельи, торчащим из склона, шелком зеленел луг, чисто промытый дождиками СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава. В густом и высочайшем кипрее у жердяной изгороди стояла одинокая старушка. Подперев щеку ладошкой, она смотрела на келью.

— Старца ожидаешь, бабушка? — спросил Осташа.

— Любуюсь, внучок, — пропела старушка. — Умиленье-то какое божье… Давеча поутру лицезрела, как старец-то Павел после молитвы утренней вышел на порожек, а к нему из лесу две косули СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава пришли, и он их с ручки кормил, а они ему головками так кивали, кивали. — Старушка и сама закивала. — Старец-то седенький-седенький, и глаза у него такие нежные, и говорит-то тихонечко…

Осташа потоптался рядом со старушкой, которая не отрывала взора от кельи, и пошел далее. Он СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава обогнул верхушку Поперечной горы, и перед ним, как выдох полной грудью, во все стороны раскатились сизые мокроватые дали. Весь окоем вокруг расплескался покатыми лесными верхушками: за Белоснежной горой скрывались Нагая гора, Чауж, Палачова гора, под которой спал старец Иова, Карасьи горы и Баклушины. По левую руку качались Шульпиха с СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава Вахромихой и Красноватый Столб. Вправо отшатнулись Юрьев Камень с Приказчицей и совершенно уж дальная Неугасимая гора. Понизу меркло поблескивал широкий и некий не по привычке тонкий Черноисточинский пруд; на его берегу чернели крошечные былинки труб Черноисточинского завода. Над прудом и Поперечной горой в небе протянулись полосы низких туч, как будто облака СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава скатились с Белоснежной горы, разматываясь как свитки, но тормознули, наткнувшись на громадину Старика-камня, окруженную угорами пониже — Кулигой, Боровой, Зольниками, Билимбаем, Сухарной горой и Сутуком.

На этой стороне горы и собрался люд. Тут был поставлен большой навес на столбах, как будто над артельным столом, но стола не было. Под навесом СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава шли раскольничьи перетолки — если, естественно, наставники допускали к ним обычной люд. На данный момент — допустили. С полсотни кержаков полукругом посиживали на скамьях и просто на земле перед 2-мя учительскими престолами. 10-ка два мужчин и баб, которым не хватило места, стояли за спинами сидячих. Осташа подошел и тихонько прислонился к СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава столбу навеса, оглядываясь.

На левом престоле восседал здоровый, сивый от седины раскольник из чусовлян. На правом престоле на самом крае приютился пришлый старичок, лысенький и зоркий. За его спиной стоял 3-ий старец, с высочайшим лбом, криво перепаханным глубокими морщинами. Посреди слушателей на знатном месте торчал с непокрытой СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава головой Калистрат Крицын. Осташа с удивлением вызнал в его соседях и неких узнаваемых сплавщиков — Онисима Иваныча Колупанова с Плешаковки, Созонта Базина по прозвищу Семь Сундуков и Довлата Халдина из Демидовской Шайтанки, Овсея Гилёва из Сулема, приходившегося погибшему Алферке двоюродным дядькой, Гришку Гуляева из Треки, Гордея Прокляненыша из Успенки. Посреди сплавщиков СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава посиживал и Колыван Бугрин — Осташа сходу выцепил его взором.

— Слышь, дядя, а на престолах кто? — шепотом спросил Осташа у стоящего рядом мужчины.

— На левом старец Гермон, справа — старец Калиник с Выга и наш веселогорский старец Павел, они оба заедино… — А о чем речь?

— О разлучении души с телом.

Осташа даже СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава обомлел. Это ли главный-то вопрос на сплаве?.. На полом вешняке мельницы молотят! Ну и старцы!.. Не напрасно батя гласил: все эти перетолки — сутолока речей и заумь разуму.

— И о чем условились старцы? Сколькими гвоздями душа к плоти приколочена? — саркастически спросил Осташа у соседа.

Мужчина сурово дернул бородой СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава и не ответил. А выговский старец Калиник, как будто услышав Осташу, гласил кержакам, наставительно подняв палец:

— …и апостол Павел в послании к Тимофею о том же нам рек: «Ибо будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать для себя учителей, которые польстили бы СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава слуху; и от правды отвратят слух и обратятся к басням»!

«Воистину басни», — согласился Осташа, заметив в стороне девку. Девка, видать, была с папой, стояла поодаль, плотно закутав голову в платок. Но Осташа все равно рассмотрел в тени платка радостные смородинные глаза, как будто лохматые от густых ресниц, и свежайшие СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава, калоритные губы. Кое-чем она вдруг напомнила Осташе Нежда-ну Колыванову, хотя была гораздо меньше ростом, ну и побойчее как бы. Весь энтузиазм у Осташи тотчас обратился на девку, хотя и перетолк Осташа продолжал слушать пристально.

— Макарий Величавый гласит: «Когда людская душа выходит из тела, совершается некоторое величавое таинство, ибо СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава если она виновата в грехах, то приходят полчища бесов, злые ангелы и черные силы, берут сию душу и увлекают ее на свою сторону», — гудел у престола старец Павел. — И величавое таинство — не человечье дело. Если пастырской благодатью в канон не облечено — нет у людей на то сил СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава, и все здесь.

— Что означает — душу с телом разженить? — дребезжал выговский посланец Калиник. — Вы вспомните «Слово об финале души» святого Кирилла Александрийского. Как учитель финал души толкует? Одним смыслом толкует — погибель! Другого нам не заповедано!

— Ну, братия?.. — как будто подталкивал люд к спору старец Гермон и с прищуром глядел СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава на сидевших вокруг.

— Нежели душа во сне покидает человека, то человек свободен отпускать свою душу, как свободен засыпать, — не подымая глаз, произнес вдруг Колыван как будто через силу, как будто бы не свою идея. — Тело без души все равно не мертвое тело, а со Святым Духом, которым воодушевлены и СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава душа, и плоть…

— Что притчи молвят, святые предания? — звучно спросил Калистрат, очевидно гордясь собственной ученостью. — У преподобного Василия Нового были ученики Григорий и Феодора. Феодора погибла, и во сне Григорий услышал ее рассказ о погибели. Днем при благословении преподобный Василий спросил Григория: «Где ты был в ночь сию?» Григорий отвечал: «Спал СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава на одре своем». Старец произнес: «Знаю, телом почивал на одре, а душой был в другом месте». Означает, душа Григория, сокрушась в соболезновании, летала на встречу с душой Феодоры. Плоть же без души живая оставалась.

— Гласи, люд, толк общий, — кивнул собравшимся Гермон.

— У грешников ангелы душу через СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава ребра вынимают, — неуверенно произнес мужчина с рябым и глуповатым лицом.

Перетолк молчал. Рябой снял шапку и напоказ перекрестился.

— В Прологе на 1-ый денек июля в повести святого Нила говорится: «Душа человека среди есть Ангела и беса. И Ангел ибо влагает, и показует, и учит, еще к добродетелям; бес же влагает, еще сущность СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава греха. Душа власть имеет, еще последовать ему любо желает либо Ангелу, либо бесу», — добавил и кто-то из сплавщиков. — Власть имеет — ах так сказано! Душа сама движеться может, куда человек ее направит!

— Если кто мается на одре, а помереть не может, просит доску в потолке вытащить да угол СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава крыши разобрать, — рассудительно произнес другой сплавщик. — Означает, с разумом, сам душу свою отсылает…

Старцы Калиник и Павел молчали, раздумывая. Осташа покосился на черноглазую девку. Та увидела, но сделала вид, что не замечает, крепче взявшись руками за кончики платка.

— Есть молитвенный «Чин на разлучение души от тела, егда человек длительно страждет СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава», — услышал Осташа негромкий глас Бубенца, тоже нашедшего чего сказать. — Люди сами требуют разлучить душу с телом, другими словами по собственной воле посылают душу вовне…

— Бесы и волхвы тоже могут совершать много чудного. Попомните: черт смущает, бес подстрекает, бес нудит, сатана творит лживые чудеса. Коварный может и душу СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава выпускать на волю, с его-то наущенья Аендорская волшебница вызвала Саулу тень погибшего Самуила, — угрюмо произнес старец Павел. — Но в ветхозаветные времена схожее каралось гибелью.

— Я уж гласил для тебя, отче, — старец Гермон оборотился к Павлу, — чтоб ты не путал душу погибшего с истяженной душой живого… У мертвого душа никакой СЧАСТЬЕ ВЫШЕ БОГАТЫРСТВА 9 глава воли не имеет. Ну, Калистрат свет Назарыч…


scenarij-yubileya-muzhchini-45-let.html
scenarij-zasedaniya-roditelskogo-kluba-na-temu-igra-zabava.html
scenarnaya-masterskaya-dokumentalnogo-kino.html